Формирование тревожности, связанной с восприятием пола, в пр

Общение на психологические темы
Ответить
Сообщение
Автор
Аватара пользователя
c_clone
Аксакал
Сообщения: 1366
Зарегистрирован: 01 авг 2010 11:21 am
Репутация: 80

Формирование тревожности, связанной с восприятием пола, в пр

#1 Сообщение c_clone » 04 янв 2016 11:51 am

Формирование тревожности, связанной с восприятием пола, в процессе взаимодействия ребенка с родителями

Половая, а впоследствии, гендерная идентичность – один из первых шагов в сложном и многомерном процессе личностной идентификации. Имя, пол и возраст – самые первые сведения, которые ребенок узнает о себе уже на этапе раннего детства, они же являются одними из первых проявлений самосознания. Гендерная идентичность – отнесение себя к определенному полу играет важную роль в конструировании образа «Я» человека на протяжении всей жизни, является определяющим фактором в формировании ролевого репертуара (партнера, супруга, родителя и т.п.).
Образ «Я» ребенка и самоотношение формируются на основе восприятия отношения к себе родителей, их отношения друг к другу, особенностей их ролевого поведения. Восприятие себя как мальчика или девочки, также формируется под влиянием родительского отношения. Усвоенные в детском возрасте модели поведения, интроекты, часто используются как сценарий построения взаимодействия с окружающими и собственных партнерских и семейных отношений.
Влияние семейной системы характеризуется низкой степенью осознанности как с транслирующей, так и с воспринимающей стороны. Передача ребенку культурных и семейных ценностей, традиций, опыта редко происходит в форме целенаправленного обучения, их усвоение осуществляется через механизм импритинга, отличающегося довольно низкой степенью осознанности и критичности. В родительском влиянии на ребенка можно выделить 2 крайности. В первом случае собственные мировоззренческие установки воспринимаются родителями как единственно правильные, поскольку подтверждаются авторитетом значимых лиц (например, собственных родителей), жизненным опытом, собственными интроектами и т.п. Принципы семейного воспитания аргументируются: «меня так учили», «в нашей семье всегда/никогда…», «так положено», «ты должен/не должен быть таким как я». Ребенок окружен жесткими рамками, выход за которые родителями осуждается, поведение ребенка четко регламентируется. Во втором случае ситуация противоположная – четких установок относительно чего-либо у родителей нет, устойчивая система ценностей в семье отсутствует. Ребенок находится в непредсказуемой, сложно прогнозируемой среде, меры воспитательного воздействия носят ситуационный характер, зависят от настроения родителей и прочих мимолетных факторов. И в том, и в другом случае родительское влияние может вызывать у ребенка чрезмерное напряжение: волевое, эмоциональное, что негативно сказывается на ощущении безопасности и доверии к окружающим.
Таким образом, родительское влияние обладает рядом характеристик:
- играет большую роль в формировании мировоззрения ребенка, его самоотношения;
- транслируется и усваивается преимущественно неосознанно, критичность восприятия этого влияния у ребенка отсутствует;
- специфично (формируется под влиянием субъективных родительских установок, традиций, верований и пр.);
- в первые годы жизни является всеобъемлющим (родители оказывают исключительное влияние на все сферы жизни ребенка в течение младенчества и раннего возраста).
Воспитывающее воздействие родителей, безусловно, затрагивает и полоролевую сферу, которая нередко становится объектом повышенного внимания и споров, поскольку сходная цель «растим мальчика/девочку» может иметь различное содержание в представлениях супругов, а также бабушек и дедушек. Несоответствие этих представлений может вызывать как кратковременные ситуативные разногласия, так и затяжные конфликты. Предметом споров могут являться стратегии поведения членов семьи в отношении ребенка (не «сюсюкайся» с ним как с девочкой), выбор элементов одежды, сфер досуга («одели как мальчика», «мальчику нужен спорт, а не танцы») и т.д. Ребенок оказывается пассивно вовлеченным в родительское противостояние.
Отдельной «проблемой» некоторых родителей является появление на свет ребенка не того пола, который хотелось. Общей чертой этой группы родителей является выраженная инфантильность: ребенок является, по сути, живой игрушкой, играть в которую родителям не хочется, поскольку мечтали не о такой; а также стереотипность мышления, зависимость от мнения окружающих (в определенных кругах принято особо подчеркивать ценность рождения именно мальчика). На протяжении определенного времени, а иногда и всей жизни, родитель (или оба) наносят психологический вред ребенку, сожалея о крушении определенных планов, обесценивая сам факт его рождения, формируя качества личности, несвойственные данному полу. Ребенок растет с чувством вины за неоправдавшиеся ожидания родителей, в атмосфере ожидания от него быть кем-то другим, а не собой, стремится играть придуманную для него родителями роль. Все перечисленное негативным образом сказывается на самосознании и самоотношении ребенка. Даже повзрослев, человек не всегда избавляется от чувства вины и тревоги, приобретенных в детстве.
Однако даже в более благополучных семьях существует проблема «соответствия». С самого раннего возраста ребенка учат соответствовать своему полу, причем под «своим полом» понимается некий комплекс родительских представлений о том, какие качества личности и формы поведения должны демонстрировать мальчик или девочка. Представления эти являются гендерными стереотипами, содержание которых различается у всех членов семьи, в связи с чем, единую педагогическую стратегию сформировать довольно сложно. Как показывает И.В. Тельнюк (1999), большинство родителей считают необходимым воспитывать ребенка с учетом половых различий, однако почти половина опрошенных затрудняются сказать, как это правильно сделать [5]. Низкая психологическая и педагогическая компетентность родителей приводит к тому, что на протяжении детства, отрочества и даже юности, взрослые (с различной степенью целенаправленности и последовательности), под влиянием стереотипов и собственных установок стремятся к реализации некой модели собственных представлений о том, что должен в будущем представлять из себя их ребенок: как себя вести, кем стать и т.д. Итогом этой деятельности должен стать устойчивый комплекс черт и форм поведения, демонстрации которых ждут от ребенка родители. Данное природой тело является дифференцирующим признаком, не для самого ребенка, а для социума, который с первых месяцев жизни реализует определенный план «превращения» младенца в мужчину или женщину. С момента рождения ребенок наделяется признаками (реальными или аскриптивными), создающими гендерную основу его поведения: его аппетит, крик, неугомонность расцениваются взрослыми как проявления мужского темперамента, эмоциональность, умение играть в спокойные игры – расцениваются как проявления женственности. Взрослея, человек включается в различные стороны социальной жизни, усваивая, вместе с тем, социально одобряемый гендерный порядок, независимо от того, принимает он его или нет. На основе этого понимания создается образ себя как мужчины или женщины, формируется представление о соответствии или несоответствии своего ролевого поведения ожиданиям социума.
Очевидно, что чрезмерное акцентирование на проблеме полоролевой идентичности детей свойственно людям, придающим личную значимость каким-либо аспектам этой сферы. Женщина, находящаяся в разводе, будет стремиться растить сына «не таким как папа», искусственно взращивая в нем мужественность, если ее не хватало, по ее мнению, его отцу. Непринятие ею «отцовских» черт характера будет восприниматься ребенком как непринятие его самого. Определенная часть населения в последние годы подвержена массовой истерии, развернувшейся вокруг ЛГБТ-сообществ. Страх родителей воспитать «не такого как все» ребенка побуждает их применять превентивные меры, которые, по сути, заключаются лишь в передаче ребенку собственных страхов.
Вариант формирования гендерной идентичности у мальчиков, основанный на страхе проявлять стереотипно женские черты и отрицание в себе их наличия М. Киммел называет «маскулинность как гомофобия», – уже само определение подчеркивает невротических характер процесса гендерной идентификации по такому типу. Социолог Эрвин Гоффман пишет, что в Америке существует лишь «один совершенный и не стыдящийся себя мужчина»: «молодой, женатый, белый горожанин, гетеросексуал с севера, протестант, отец, получивший образование в колледже, полностью занятый, хорошего телосложения, сильный и высокий, недавний обладатель спортивных достижений. Каждый американский мужчина стремится смотреть на мир с такой точки зрения... Любой, кому не удается квалифицировать себя через какой-нибудь из этих признаков, вероятно, считает себя... недостойным, несовершенным и худшим» [2]. Примерно такие же стандарты оценки «сильного пола» существуют и в российском обществе. Что касается стереотипов женственности – с одной стороны критерии женственности являются менее жесткими: в современном российском обществе социально приемлемыми являются и образ бизнес-вумен, и домохозяйки. Но при этом, очень распространенной проблемой современных девушек и женщин является ролевой конфликт: сложно совместить профессиональные, общественные, семейные, партнерские роли так, чтобы преуспевать в карьере, быть хорошей матерью, женой, хозяйкой, оставлять время для себя на занятия спортом, хобби и т.д.
Нередко родители ориентируются на достижение ребенком такого рода «недостижимых идеалов», при этом далеко не всегда воспитание нужных качеств осуществляется за счет личного примера или соответствующего отношения к ребенку. Очень часто родителями применяются двойные стандарты: в саду умей постоять за себя – дома беспрекословно слушайся, с папой нужно вести себя «по-мужски» – с мамой не нужно. Нестабильность требований взрослых, их неспособность учитывать особенности и потребности ребенка, нарушают чувство базовой безопасности, что может вести к формированию недоверия к окружающим, неуверенности, невротических состояний, в основе которых лежит повышенная тревожность.
Стремление соответствовать ожиданиям родителей влечет отрицание или непринятие какой-либо части себя, а это – вариант патологического, а отнюдь не «маскулинного» или «феминного» развития. О.В. Немиринский о здоровой личности пишет так: «… модель здоровой личности выглядит для нас как баланс возможностей. Здоровый человек бывает жестким и бывает мягким. Он может быть быстрым и медленным, интеллектуализирующим и эмоциональным, чувствительным, соблазняющим и целомудренным. Он способен быть и таким, и эдаким, в зависимости от ситуации и его выборов. Личность должна описываться не как комплекс черт, а как свобода движения человека в континуумах противоположных возможностей» [3]. Фиксация определенных черт характера, свойств личности, форм поведения, создает ригидность, которая делает человека неспособным к адекватному реагированию в различных ситуациях. Мальчик, которого учат быть сильным и не плакать, рискует соматизировать процессы собственных переживаний. Девочка, которой запрещают проявлять физическую активность (бегать, шуметь) потому что «это некрасиво» может начать направлять избыток энергии в аутоагрессию.
Семейная среда не является единственной средой, влияющей на процесс идентификации ребенка. Большое значение играет и социум. Процесс гендерной идентификации ребенка осложняется тем, что современный социум не располагает четким содержанием понятий маскулинности и феминности, к тому же, современная социальная среда поликультурна, что предполагает одновременное существование различных, зачастую, диаметрально противоположных взглядов и ценностей. Так, пассивность и ведомость, воспитываемая у девочек в традиционных (патриархальных) семьях, может диссонировать с требованиями среды дошкольного учреждения, где гендерные границы практически стерты. Маленькому ребенку трудно сориентироваться в требованиях родителей и социума, сложности возникают и тогда, когда его психофизиологические и личностные особенности являются препятствием к демонстрации требуемых качеств.
Большую роль в формировании различных эталонов и стандартов играет информационная среда. В отношении женщин зачастую самым важным критерием является внешность. Рекламные образы, создаваемые чаще всего с использованием коррекции изображений, формируют искаженное представление о телесных свойствах, задают недостижимый ориентир женственности для девочек, девушек и женщин. Прямым следствием этого влияния является озабоченность детско-подросткового контингента проблемами собственной внешности, диетами; все больше молодых девушек и женщин становятся клиентами клиник пластической хирургии. Образы мужского в кино и рекламе, также создают нереальный и практически недостижимый образ мужского мира. Безупречный внешний вид, атлетичность, атрибуты роскошной жизни, партнерша-фотомодель – необходимый «минимум» для того, чтобы соответствовать лозунгу «для настоящих мужчин». Этого же достаточно, чтобы сформировать комплекс неполноценности у любого реального мужчины. Другой тенденцией в формировании образа «настоящего мужчины» является фетишизация интеллектуальной сферы: можно не иметь выдающихся внешних данных, но быть гением в области математики или, например, создать «Фейсбук». Тема выдающихся способностей весьма распространена в кино и рекламной продукции, ориентированной на детскую аудиторию. Стремление к достижению подобных «идеалов» предполагает наличие постоянной несокращающейся дистанции между ожиданиями и реальностью, что, естественно, затрудняет процесс идентификации. Очевидно, что самостоятельное (без компетентного посредничества взрослых) взаимодействие ребенка с современной информационной средой может повлечь за собой сложности гендерной идентификации.
Л.А. Регуш (2010), анализируя факты по «нагруженности проблемами» подростков (возраст 12-16 лет), полученные с помощью проблемной анкеты Seiffge-Krenke, отмечает высокую проблемную нагруженность подростков в отношении родительского дома. При этом она считает, что большая проблемная нагруженность такой области жизни, как взаимоотношения с родителями у подростков обусловлена особенностями российских родителей, в первую очередь, в стиле принятия ими своих детей. В силу чего она считает, что «коррекция данной проблемы предполагает оказание помощи как подростку, так и родителям. Последние нуждаются, прежде всего, в смене своих установок, изменении своей позиции в отношении своих детей, в пересмотре системы оценивания их как личности» [4].
В качестве особенностей родительского влияния, негативно сказывающихся на процессе гендерной идентификации ребенка можно выделить:
- чрезмерную жесткость, стереотипность родительских гендерных установок, наличие определенного (гендерного) плана, реализуемого в отношении ребенка,
- неустойчивость, спутанность родительских гендерных установок, отсутствие стабильной воспитательной стратегии,
- низкий уровень психологической и педагогической компетентности родителей,
- невротизм, личностные, психологические трудности родителей, имеющие гендерное содержание.
Во внешней среде к таким факторам можно отнести отсутствие четких гендерных ориентиров в реальном мире, недостижимость пропагандируемых информационной средой стандартов.
Фиксация тревожных состояний, связанных с восприятием пола у детей, впоследствии чревато формированием устойчивого состояния, которое можно определить как гендерную тревожность: состояние беспокойства, дискомфорта, неудовлетворенности, связанного с восприятием собственной мужественности/женственности, сопровождающегося неудовлетворенностью внешностью, отсутствием гармонии в партнерских отношениях, озабоченностью несоответствием параметров собственного «Я» социально одобряемым параметрам «настоящего мужчины», «настоящей женщины». В связи с этим очевидна необходимость осуществления работы с семьями в рамках данной проблемы.

Svetlana Filippova
Tula State Lev Tolstoy Pedagogical University
Associate professor of the Department of Psychology and Pedagogy
Tula, Russia
The parental behavior as a reason of a child anxiety states, caused by the perception of its own gender
Abstract: In this article shows the view to the such kind of child anxiety states as states caused by the perception of its own gender. Relevance of a subject under discussion is caused by the intensification of gender problems of modern society. The article presents the parental behavior as a reason of emergence of some psychological problems of preschool children, caused by their perception of their own gender.
Keywords: anxiety disorder, gender identity, masculinity, feminity, parental family.

Литература
1. Васина Ю.М., Панферова Е.В. Особенности формирования инновационной культуры педагога дошкольного образовательного учреждения в образовательном пространстве // Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л.Н. Толстого. 2015. № 2 (14). С. 109-117.
2. Киммел М. Маскулинность как гомофобия: страх, стыд и молчание в конструировании гендерной идентичности // Гендерные исследования. – 2005, № 13.
3. Немиринский О.В. Гештальт-подход к работе с психосоматическими расстройствами // Журнал практического психолога. – 2013, №6. С. 134-151.
4. Регуш Л.А. Жизненные проблемы как индикатор влияния социума // Психическое развитие человека и социальные влияния. Коллективная монография. – СПб., 2010. – 292с.
5. Тельнюк И.В. Индивидуально-дифференцированный подход к организации самостоятельной деятельности девочек и мальчиков 5-6 лет в условиях детского сада. Автореф. дисс. канд. пед. наук. – Санкт-Петербург, 1999.
6. Филиппова С.А., Екимова В.И. Гендерные различия: социокультурный аспект // Сибирский психологический журнал// Томск: Изд-во «ТМЛ-Пресс», 2008. – №27. – 122. – С. 64-66.
Опубликовано: Социокультурные и психологические проблемы современной семьи: Актуальные вопросы сопровождения и поддержки: Материалы междунар. науч.-практ. конф. (Тула, 21-22 октября 2015 г.) / Отв. Ред. Н.А. Степанова. – Тула: Тульский полиграфист, 2015. – 496 с. – стр. 106-113.

Аватара пользователя
Алексей_СН
Аксакал
Сообщения: 2280
Зарегистрирован: 12 янв 2007 16:36 pm
Репутация: 103
Откуда: щекино, 2 группа

#2 Сообщение Алексей_СН » 08 янв 2016 16:12 pm

Мне кажется неправильно, когда родители берут на себя право решать, кем будет их ребенок - космонавтом или дизайнером, а может пианистом. Тут у каждого свои способности и надо помогать развивать то, что интересует и что было замечено. Это в плане призвания к какой-либо дальнейшей деятельности.
Но ! Вот в отношении гендерных различий и поведения мальчиков и девочек - тут как-бы споров быть и не может никаких. Если мальчик, то он должен быть мужчиной и из него надо формировать мужчину, со всем набором мужских качеств. Если девочка - то она должна соответствовать образу женщины который мы знаем уже тысячи лет. И неважно кем она будет работать: прачкой или следователем в полиции.

Если родители упускают этот момент в воспитании, то появляется поколение "оно": всякие фрики, педики и тому подобное, это даже не люди вовсе.
Теперь раздолье болтунам, лафа для упырей -
Бывали хуже времена, но не было подлей.

Аватара пользователя
c_clone
Аксакал
Сообщения: 1366
Зарегистрирован: 01 авг 2010 11:21 am
Репутация: 80

#3 Сообщение c_clone » 23 янв 2016 13:48 pm

скажите, а что это за образ женщины такой, который мы знаем уже тысячу лет? я не в курсе просто

всякие, как вы говорите "оно" - есть прямой результат специфики внутриутробного развития плода... если мы говорим о трансвеститах, геях и др. Ядерная половая идентичность и сексуальная ориентация - это результат специфического функционирования эндокринной системы, мозговых структур и ряда др. показателей, формирующихся внутриутробно и не зависящих от воспитания.
безусловно, сделать из ребенка можно кого угодно. вопрос - какой ценой

igor11
Аксакал
Сообщения: 3433
Зарегистрирован: 07 май 2007 00:30 am
Репутация: 84
Откуда: Откуда и все

#4 Сообщение igor11 » 23 янв 2016 19:06 pm

здесь есть ответ на вопросы

[youtube][/youtube]

а вот это
Ядерная половая идентичность и сексуальная ориентация - это результат специфического функционирования эндокринной системы, мозговых структур и ряда др. показателей, формирующихся внутриутробно и не зависящих от воспитания.
случайно, не противоречит вот этому
Семейная среда не является единственной средой, влияющей на процесс идентификации ребенка. Большое значение играет и социум. Процесс гендерной идентификации ребенка осложняется тем, что современный социум не располагает четким содержанием понятий маскулинности и феминности, к тому же, современная социальная среда поликультурна, что предполагает одновременное существование различных, зачастую, диаметрально противоположных взглядов и ценностей. Так, пассивность и ведомость, воспитываемая у девочек в традиционных (патриархальных) семьях, может диссонировать с требованиями среды дошкольного учреждения, где гендерные границы практически стерты. Маленькому ребенку трудно сориентироваться в требованиях родителей и социума, сложности возникают и тогда, когда его психофизиологические и личностные особенности являются препятствием к демонстрации требуемых качеств.
требования среды дошкольных и школьных учреждений, в свете всевозможных реформ под диктовку прозападных британских учёных с консультантами, ставят под сомнение полезность их йогуртов для питания местного населения с его традиционным или видовым питанием. Однажды, уже прорубили дыру в европу и понеслись изменения в самоидентификации аборигенов - а надо ли было это делать и если надо, то кому?
Несть бо власть, аще не от Бога.
Солнце - для всех.
Избранность - заблуждение.

Аватара пользователя
ХХХ
Форумчанин
Сообщения: 48
Зарегистрирован: 20 авг 2011 17:40 pm
Репутация: -3

#5 Сообщение ХХХ » 24 янв 2016 14:09 pm

c_clone писал(а):Формирование тревожности, связанной с восприятием пола, в процессе взаимодействия ребенка с родителями

Половая, а впоследствии, гендерная идентичность – один из первых шагов в сложном и многомерном процессе личностной идентификации. Имя, пол и возраст – самые первые сведения, которые ребенок узнает о себе уже на этапе раннего детства, они же являются одними из первых проявлений самосознания. Гендерная идентичность – отнесение себя к определенному полу играет важную роль в конструировании образа «Я» человека на протяжении всей жизни, является определяющим фактором в формировании ролевого репертуара (партнера, супруга, родителя и т.п.).
Образ «Я» ребенка и самоотношение формируются на основе восприятия отношения к себе родителей, их отношения друг к другу, особенностей их ролевого поведения. Восприятие себя как мальчика или девочки, также формируется под влиянием родительского отношения. Усвоенные в детском возрасте модели поведения, интроекты, часто используются как сценарий построения взаимодействия с окружающими и собственных партнерских и семейных отношений.
Влияние семейной системы характеризуется низкой степенью осознанности как с транслирующей, так и с воспринимающей стороны. Передача ребенку культурных и семейных ценностей, традиций, опыта редко происходит в форме целенаправленного обучения, их усвоение осуществляется через механизм импритинга, отличающегося довольно низкой степенью осознанности и критичности. В родительском влиянии на ребенка можно выделить 2 крайности. В первом случае собственные мировоззренческие установки воспринимаются родителями как единственно правильные, поскольку подтверждаются авторитетом значимых лиц (например, собственных родителей), жизненным опытом, собственными интроектами и т.п. Принципы семейного воспитания аргументируются: «меня так учили», «в нашей семье всегда/никогда…», «так положено», «ты должен/не должен быть таким как я». Ребенок окружен жесткими рамками, выход за которые родителями осуждается, поведение ребенка четко регламентируется. Во втором случае ситуация противоположная – четких установок относительно чего-либо у родителей нет, устойчивая система ценностей в семье отсутствует. Ребенок находится в непредсказуемой, сложно прогнозируемой среде, меры воспитательного воздействия носят ситуационный характер, зависят от настроения родителей и прочих мимолетных факторов. И в том, и в другом случае родительское влияние может вызывать у ребенка чрезмерное напряжение: волевое, эмоциональное, что негативно сказывается на ощущении безопасности и доверии к окружающим.
Таким образом, родительское влияние обладает рядом характеристик:
- играет большую роль в формировании мировоззрения ребенка, его самоотношения;
- транслируется и усваивается преимущественно неосознанно, критичность восприятия этого влияния у ребенка отсутствует;
- специфично (формируется под влиянием субъективных родительских установок, традиций, верований и пр.);
- в первые годы жизни является всеобъемлющим (родители оказывают исключительное влияние на все сферы жизни ребенка в течение младенчества и раннего возраста).
Воспитывающее воздействие родителей, безусловно, затрагивает и полоролевую сферу, которая нередко становится объектом повышенного внимания и споров, поскольку сходная цель «растим мальчика/девочку» может иметь различное содержание в представлениях супругов, а также бабушек и дедушек. Несоответствие этих представлений может вызывать как кратковременные ситуативные разногласия, так и затяжные конфликты. Предметом споров могут являться стратегии поведения членов семьи в отношении ребенка (не «сюсюкайся» с ним как с девочкой), выбор элементов одежды, сфер досуга («одели как мальчика», «мальчику нужен спорт, а не танцы») и т.д. Ребенок оказывается пассивно вовлеченным в родительское противостояние.
Отдельной «проблемой» некоторых родителей является появление на свет ребенка не того пола, который хотелось. Общей чертой этой группы родителей является выраженная инфантильность: ребенок является, по сути, живой игрушкой, играть в которую родителям не хочется, поскольку мечтали не о такой; а также стереотипность мышления, зависимость от мнения окружающих (в определенных кругах принято особо подчеркивать ценность рождения именно мальчика). На протяжении определенного времени, а иногда и всей жизни, родитель (или оба) наносят психологический вред ребенку, сожалея о крушении определенных планов, обесценивая сам факт его рождения, формируя качества личности, несвойственные данному полу. Ребенок растет с чувством вины за неоправдавшиеся ожидания родителей, в атмосфере ожидания от него быть кем-то другим, а не собой, стремится играть придуманную для него родителями роль. Все перечисленное негативным образом сказывается на самосознании и самоотношении ребенка. Даже повзрослев, человек не всегда избавляется от чувства вины и тревоги, приобретенных в детстве.
Однако даже в более благополучных семьях существует проблема «соответствия». С самого раннего возраста ребенка учат соответствовать своему полу, причем под «своим полом» понимается некий комплекс родительских представлений о том, какие качества личности и формы поведения должны демонстрировать мальчик или девочка. Представления эти являются гендерными стереотипами, содержание которых различается у всех членов семьи, в связи с чем, единую педагогическую стратегию сформировать довольно сложно. Как показывает И.В. Тельнюк (1999), большинство родителей считают необходимым воспитывать ребенка с учетом половых различий, однако почти половина опрошенных затрудняются сказать, как это правильно сделать [5]. Низкая психологическая и педагогическая компетентность родителей приводит к тому, что на протяжении детства, отрочества и даже юности, взрослые (с различной степенью целенаправленности и последовательности), под влиянием стереотипов и собственных установок стремятся к реализации некой модели собственных представлений о том, что должен в будущем представлять из себя их ребенок: как себя вести, кем стать и т.д. Итогом этой деятельности должен стать устойчивый комплекс черт и форм поведения, демонстрации которых ждут от ребенка родители. Данное природой тело является дифференцирующим признаком, не для самого ребенка, а для социума, который с первых месяцев жизни реализует определенный план «превращения» младенца в мужчину или женщину. С момента рождения ребенок наделяется признаками (реальными или аскриптивными), создающими гендерную основу его поведения: его аппетит, крик, неугомонность расцениваются взрослыми как проявления мужского темперамента, эмоциональность, умение играть в спокойные игры – расцениваются как проявления женственности. Взрослея, человек включается в различные стороны социальной жизни, усваивая, вместе с тем, социально одобряемый гендерный порядок, независимо от того, принимает он его или нет. На основе этого понимания создается образ себя как мужчины или женщины, формируется представление о соответствии или несоответствии своего ролевого поведения ожиданиям социума.
Очевидно, что чрезмерное акцентирование на проблеме полоролевой идентичности детей свойственно людям, придающим личную значимость каким-либо аспектам этой сферы. Женщина, находящаяся в разводе, будет стремиться растить сына «не таким как папа», искусственно взращивая в нем мужественность, если ее не хватало, по ее мнению, его отцу. Непринятие ею «отцовских» черт характера будет восприниматься ребенком как непринятие его самого. Определенная часть населения в последние годы подвержена массовой истерии, развернувшейся вокруг ЛГБТ-сообществ. Страх родителей воспитать «не такого как все» ребенка побуждает их применять превентивные меры, которые, по сути, заключаются лишь в передаче ребенку собственных страхов.
Вариант формирования гендерной идентичности у мальчиков, основанный на страхе проявлять стереотипно женские черты и отрицание в себе их наличия М. Киммел называет «маскулинность как гомофобия», – уже само определение подчеркивает невротических характер процесса гендерной идентификации по такому типу. Социолог Эрвин Гоффман пишет, что в Америке существует лишь «один совершенный и не стыдящийся себя мужчина»: «молодой, женатый, белый горожанин, гетеросексуал с севера, протестант, отец, получивший образование в колледже, полностью занятый, хорошего телосложения, сильный и высокий, недавний обладатель спортивных достижений. Каждый американский мужчина стремится смотреть на мир с такой точки зрения... Любой, кому не удается квалифицировать себя через какой-нибудь из этих признаков, вероятно, считает себя... недостойным, несовершенным и худшим» [2]. Примерно такие же стандарты оценки «сильного пола» существуют и в российском обществе. Что касается стереотипов женственности – с одной стороны критерии женственности являются менее жесткими: в современном российском обществе социально приемлемыми являются и образ бизнес-вумен, и домохозяйки. Но при этом, очень распространенной проблемой современных девушек и женщин является ролевой конфликт: сложно совместить профессиональные, общественные, семейные, партнерские роли так, чтобы преуспевать в карьере, быть хорошей матерью, женой, хозяйкой, оставлять время для себя на занятия спортом, хобби и т.д.
Нередко родители ориентируются на достижение ребенком такого рода «недостижимых идеалов», при этом далеко не всегда воспитание нужных качеств осуществляется за счет личного примера или соответствующего отношения к ребенку. Очень часто родителями применяются двойные стандарты: в саду умей постоять за себя – дома беспрекословно слушайся, с папой нужно вести себя «по-мужски» – с мамой не нужно. Нестабильность требований взрослых, их неспособность учитывать особенности и потребности ребенка, нарушают чувство базовой безопасности, что может вести к формированию недоверия к окружающим, неуверенности, невротических состояний, в основе которых лежит повышенная тревожность.
Стремление соответствовать ожиданиям родителей влечет отрицание или непринятие какой-либо части себя, а это – вариант патологического, а отнюдь не «маскулинного» или «феминного» развития. О.В. Немиринский о здоровой личности пишет так: «… модель здоровой личности выглядит для нас как баланс возможностей. Здоровый человек бывает жестким и бывает мягким. Он может быть быстрым и медленным, интеллектуализирующим и эмоциональным, чувствительным, соблазняющим и целомудренным. Он способен быть и таким, и эдаким, в зависимости от ситуации и его выборов. Личность должна описываться не как комплекс черт, а как свобода движения человека в континуумах противоположных возможностей» [3]. Фиксация определенных черт характера, свойств личности, форм поведения, создает ригидность, которая делает человека неспособным к адекватному реагированию в различных ситуациях. Мальчик, которого учат быть сильным и не плакать, рискует соматизировать процессы собственных переживаний. Девочка, которой запрещают проявлять физическую активность (бегать, шуметь) потому что «это некрасиво» может начать направлять избыток энергии в аутоагрессию.
Семейная среда не является единственной средой, влияющей на процесс идентификации ребенка. Большое значение играет и социум. Процесс гендерной идентификации ребенка осложняется тем, что современный социум не располагает четким содержанием понятий маскулинности и феминности, к тому же, современная социальная среда поликультурна, что предполагает одновременное существование различных, зачастую, диаметрально противоположных взглядов и ценностей. Так, пассивность и ведомость, воспитываемая у девочек в традиционных (патриархальных) семьях, может диссонировать с требованиями среды дошкольного учреждения, где гендерные границы практически стерты. Маленькому ребенку трудно сориентироваться в требованиях родителей и социума, сложности возникают и тогда, когда его психофизиологические и личностные особенности являются препятствием к демонстрации требуемых качеств.
Большую роль в формировании различных эталонов и стандартов играет информационная среда. В отношении женщин зачастую самым важным критерием является внешность. Рекламные образы, создаваемые чаще всего с использованием коррекции изображений, формируют искаженное представление о телесных свойствах, задают недостижимый ориентир женственности для девочек, девушек и женщин. Прямым следствием этого влияния является озабоченность детско-подросткового контингента проблемами собственной внешности, диетами; все больше молодых девушек и женщин становятся клиентами клиник пластической хирургии. Образы мужского в кино и рекламе, также создают нереальный и практически недостижимый образ мужского мира. Безупречный внешний вид, атлетичность, атрибуты роскошной жизни, партнерша-фотомодель – необходимый «минимум» для того, чтобы соответствовать лозунгу «для настоящих мужчин». Этого же достаточно, чтобы сформировать комплекс неполноценности у любого реального мужчины. Другой тенденцией в формировании образа «настоящего мужчины» является фетишизация интеллектуальной сферы: можно не иметь выдающихся внешних данных, но быть гением в области математики или, например, создать «Фейсбук». Тема выдающихся способностей весьма распространена в кино и рекламной продукции, ориентированной на детскую аудиторию. Стремление к достижению подобных «идеалов» предполагает наличие постоянной несокращающейся дистанции между ожиданиями и реальностью, что, естественно, затрудняет процесс идентификации. Очевидно, что самостоятельное (без компетентного посредничества взрослых) взаимодействие ребенка с современной информационной средой может повлечь за собой сложности гендерной идентификации.
Л.А. Регуш (2010), анализируя факты по «нагруженности проблемами» подростков (возраст 12-16 лет), полученные с помощью проблемной анкеты Seiffge-Krenke, отмечает высокую проблемную нагруженность подростков в отношении родительского дома. При этом она считает, что большая проблемная нагруженность такой области жизни, как взаимоотношения с родителями у подростков обусловлена особенностями российских родителей, в первую очередь, в стиле принятия ими своих детей. В силу чего она считает, что «коррекция данной проблемы предполагает оказание помощи как подростку, так и родителям. Последние нуждаются, прежде всего, в смене своих установок, изменении своей позиции в отношении своих детей, в пересмотре системы оценивания их как личности» [4].
В качестве особенностей родительского влияния, негативно сказывающихся на процессе гендерной идентификации ребенка можно выделить:
- чрезмерную жесткость, стереотипность родительских гендерных установок, наличие определенного (гендерного) плана, реализуемого в отношении ребенка,
- неустойчивость, спутанность родительских гендерных установок, отсутствие стабильной воспитательной стратегии,
- низкий уровень психологической и педагогической компетентности родителей,
- невротизм, личностные, психологические трудности родителей, имеющие гендерное содержание.
Во внешней среде к таким факторам можно отнести отсутствие четких гендерных ориентиров в реальном мире, недостижимость пропагандируемых информационной средой стандартов.
Фиксация тревожных состояний, связанных с восприятием пола у детей, впоследствии чревато формированием устойчивого состояния, которое можно определить как гендерную тревожность: состояние беспокойства, дискомфорта, неудовлетворенности, связанного с восприятием собственной мужественности/женственности, сопровождающегося неудовлетворенностью внешностью, отсутствием гармонии в партнерских отношениях, озабоченностью несоответствием параметров собственного «Я» социально одобряемым параметрам «настоящего мужчины», «настоящей женщины». В связи с этим очевидна необходимость осуществления работы с семьями в рамках данной проблемы.

Svetlana Filippova
Tula State Lev Tolstoy Pedagogical University
Associate professor of the Department of Psychology and Pedagogy
Tula, Russia
The parental behavior as a reason of a child anxiety states, caused by the perception of its own gender
Abstract: In this article shows the view to the such kind of child anxiety states as states caused by the perception of its own gender. Relevance of a subject under discussion is caused by the intensification of gender problems of modern society. The article presents the parental behavior as a reason of emergence of some psychological problems of preschool children, caused by their perception of their own gender.
Keywords: anxiety disorder, gender identity, masculinity, feminity, parental family.

Литература
1. Васина Ю.М., Панферова Е.В. Особенности формирования инновационной культуры педагога дошкольного образовательного учреждения в образовательном пространстве // Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л.Н. Толстого. 2015. № 2 (14). С. 109-117.
2. Киммел М. Маскулинность как гомофобия: страх, стыд и молчание в конструировании гендерной идентичности // Гендерные исследования. – 2005, № 13.
3. Немиринский О.В. Гештальт-подход к работе с психосоматическими расстройствами // Журнал практического психолога. – 2013, №6. С. 134-151.
4. Регуш Л.А. Жизненные проблемы как индикатор влияния социума // Психическое развитие человека и социальные влияния. Коллективная монография. – СПб., 2010. – 292с.
5. Тельнюк И.В. Индивидуально-дифференцированный подход к организации самостоятельной деятельности девочек и мальчиков 5-6 лет в условиях детского сада. Автореф. дисс. канд. пед. наук. – Санкт-Петербург, 1999.
6. Филиппова С.А., Екимова В.И. Гендерные различия: социокультурный аспект // Сибирский психологический журнал// Томск: Изд-во «ТМЛ-Пресс», 2008. – №27. – 122. – С. 64-66.
Опубликовано: Социокультурные и психологические проблемы современной семьи: Актуальные вопросы сопровождения и поддержки: Материалы междунар. науч.-практ. конф. (Тула, 21-22 октября 2015 г.) / Отв. Ред. Н.А. Степанова. – Тула: Тульский полиграфист, 2015. – 496 с. – стр. 106-113.

Аватара пользователя
ХХХ
Форумчанин
Сообщения: 48
Зарегистрирован: 20 авг 2011 17:40 pm
Репутация: -3

#6 Сообщение ХХХ » 24 янв 2016 14:09 pm

c_clone писал(а):Формирование тревожности, связанной с восприятием пола, в процессе взаимодействия ребенка с родителями

Половая, а впоследствии, гендерная идентичность – один из первых шагов в сложном и многомерном процессе личностной идентификации. Имя, пол и возраст – самые первые сведения, которые ребенок узнает о себе уже на этапе раннего детства, они же являются одними из первых проявлений самосознания. Гендерная идентичность – отнесение себя к определенному полу играет важную роль в конструировании образа «Я» человека на протяжении всей жизни, является определяющим фактором в формировании ролевого репертуара (партнера, супруга, родителя и т.п.).
Образ «Я» ребенка и самоотношение формируются на основе восприятия отношения к себе родителей, их отношения друг к другу, особенностей их ролевого поведения. Восприятие себя как мальчика или девочки, также формируется под влиянием родительского отношения. Усвоенные в детском возрасте модели поведения, интроекты, часто используются как сценарий построения взаимодействия с окружающими и собственных партнерских и семейных отношений.
Влияние семейной системы характеризуется низкой степенью осознанности как с транслирующей, так и с воспринимающей стороны. Передача ребенку культурных и семейных ценностей, традиций, опыта редко происходит в форме целенаправленного обучения, их усвоение осуществляется через механизм импритинга, отличающегося довольно низкой степенью осознанности и критичности. В родительском влиянии на ребенка можно выделить 2 крайности. В первом случае собственные мировоззренческие установки воспринимаются родителями как единственно правильные, поскольку подтверждаются авторитетом значимых лиц (например, собственных родителей), жизненным опытом, собственными интроектами и т.п. Принципы семейного воспитания аргументируются: «меня так учили», «в нашей семье всегда/никогда…», «так положено», «ты должен/не должен быть таким как я». Ребенок окружен жесткими рамками, выход за которые родителями осуждается, поведение ребенка четко регламентируется. Во втором случае ситуация противоположная – четких установок относительно чего-либо у родителей нет, устойчивая система ценностей в семье отсутствует. Ребенок находится в непредсказуемой, сложно прогнозируемой среде, меры воспитательного воздействия носят ситуационный характер, зависят от настроения родителей и прочих мимолетных факторов. И в том, и в другом случае родительское влияние может вызывать у ребенка чрезмерное напряжение: волевое, эмоциональное, что негативно сказывается на ощущении безопасности и доверии к окружающим.
Таким образом, родительское влияние обладает рядом характеристик:
- играет большую роль в формировании мировоззрения ребенка, его самоотношения;
- транслируется и усваивается преимущественно неосознанно, критичность восприятия этого влияния у ребенка отсутствует;
- специфично (формируется под влиянием субъективных родительских установок, традиций, верований и пр.);
- в первые годы жизни является всеобъемлющим (родители оказывают исключительное влияние на все сферы жизни ребенка в течение младенчества и раннего возраста).
Воспитывающее воздействие родителей, безусловно, затрагивает и полоролевую сферу, которая нередко становится объектом повышенного внимания и споров, поскольку сходная цель «растим мальчика/девочку» может иметь различное содержание в представлениях супругов, а также бабушек и дедушек. Несоответствие этих представлений может вызывать как кратковременные ситуативные разногласия, так и затяжные конфликты. Предметом споров могут являться стратегии поведения членов семьи в отношении ребенка (не «сюсюкайся» с ним как с девочкой), выбор элементов одежды, сфер досуга («одели как мальчика», «мальчику нужен спорт, а не танцы») и т.д. Ребенок оказывается пассивно вовлеченным в родительское противостояние.
Отдельной «проблемой» некоторых родителей является появление на свет ребенка не того пола, который хотелось. Общей чертой этой группы родителей является выраженная инфантильность: ребенок является, по сути, живой игрушкой, играть в которую родителям не хочется, поскольку мечтали не о такой; а также стереотипность мышления, зависимость от мнения окружающих (в определенных кругах принято особо подчеркивать ценность рождения именно мальчика). На протяжении определенного времени, а иногда и всей жизни, родитель (или оба) наносят психологический вред ребенку, сожалея о крушении определенных планов, обесценивая сам факт его рождения, формируя качества личности, несвойственные данному полу. Ребенок растет с чувством вины за неоправдавшиеся ожидания родителей, в атмосфере ожидания от него быть кем-то другим, а не собой, стремится играть придуманную для него родителями роль. Все перечисленное негативным образом сказывается на самосознании и самоотношении ребенка. Даже повзрослев, человек не всегда избавляется от чувства вины и тревоги, приобретенных в детстве.
Однако даже в более благополучных семьях существует проблема «соответствия». С самого раннего возраста ребенка учат соответствовать своему полу, причем под «своим полом» понимается некий комплекс родительских представлений о том, какие качества личности и формы поведения должны демонстрировать мальчик или девочка. Представления эти являются гендерными стереотипами, содержание которых различается у всех членов семьи, в связи с чем, единую педагогическую стратегию сформировать довольно сложно. Как показывает И.В. Тельнюк (1999), большинство родителей считают необходимым воспитывать ребенка с учетом половых различий, однако почти половина опрошенных затрудняются сказать, как это правильно сделать [5]. Низкая психологическая и педагогическая компетентность родителей приводит к тому, что на протяжении детства, отрочества и даже юности, взрослые (с различной степенью целенаправленности и последовательности), под влиянием стереотипов и собственных установок стремятся к реализации некой модели собственных представлений о том, что должен в будущем представлять из себя их ребенок: как себя вести, кем стать и т.д. Итогом этой деятельности должен стать устойчивый комплекс черт и форм поведения, демонстрации которых ждут от ребенка родители. Данное природой тело является дифференцирующим признаком, не для самого ребенка, а для социума, который с первых месяцев жизни реализует определенный план «превращения» младенца в мужчину или женщину. С момента рождения ребенок наделяется признаками (реальными или аскриптивными), создающими гендерную основу его поведения: его аппетит, крик, неугомонность расцениваются взрослыми как проявления мужского темперамента, эмоциональность, умение играть в спокойные игры – расцениваются как проявления женственности. Взрослея, человек включается в различные стороны социальной жизни, усваивая, вместе с тем, социально одобряемый гендерный порядок, независимо от того, принимает он его или нет. На основе этого понимания создается образ себя как мужчины или женщины, формируется представление о соответствии или несоответствии своего ролевого поведения ожиданиям социума.
Очевидно, что чрезмерное акцентирование на проблеме полоролевой идентичности детей свойственно людям, придающим личную значимость каким-либо аспектам этой сферы. Женщина, находящаяся в разводе, будет стремиться растить сына «не таким как папа», искусственно взращивая в нем мужественность, если ее не хватало, по ее мнению, его отцу. Непринятие ею «отцовских» черт характера будет восприниматься ребенком как непринятие его самого. Определенная часть населения в последние годы подвержена массовой истерии, развернувшейся вокруг ЛГБТ-сообществ. Страх родителей воспитать «не такого как все» ребенка побуждает их применять превентивные меры, которые, по сути, заключаются лишь в передаче ребенку собственных страхов.
Вариант формирования гендерной идентичности у мальчиков, основанный на страхе проявлять стереотипно женские черты и отрицание в себе их наличия М. Киммел называет «маскулинность как гомофобия», – уже само определение подчеркивает невротических характер процесса гендерной идентификации по такому типу. Социолог Эрвин Гоффман пишет, что в Америке существует лишь «один совершенный и не стыдящийся себя мужчина»: «молодой, женатый, белый горожанин, гетеросексуал с севера, протестант, отец, получивший образование в колледже, полностью занятый, хорошего телосложения, сильный и высокий, недавний обладатель спортивных достижений. Каждый американский мужчина стремится смотреть на мир с такой точки зрения... Любой, кому не удается квалифицировать себя через какой-нибудь из этих признаков, вероятно, считает себя... недостойным, несовершенным и худшим» [2]. Примерно такие же стандарты оценки «сильного пола» существуют и в российском обществе. Что касается стереотипов женственности – с одной стороны критерии женственности являются менее жесткими: в современном российском обществе социально приемлемыми являются и образ бизнес-вумен, и домохозяйки. Но при этом, очень распространенной проблемой современных девушек и женщин является ролевой конфликт: сложно совместить профессиональные, общественные, семейные, партнерские роли так, чтобы преуспевать в карьере, быть хорошей матерью, женой, хозяйкой, оставлять время для себя на занятия спортом, хобби и т.д.
Нередко родители ориентируются на достижение ребенком такого рода «недостижимых идеалов», при этом далеко не всегда воспитание нужных качеств осуществляется за счет личного примера или соответствующего отношения к ребенку. Очень часто родителями применяются двойные стандарты: в саду умей постоять за себя – дома беспрекословно слушайся, с папой нужно вести себя «по-мужски» – с мамой не нужно. Нестабильность требований взрослых, их неспособность учитывать особенности и потребности ребенка, нарушают чувство базовой безопасности, что может вести к формированию недоверия к окружающим, неуверенности, невротических состояний, в основе которых лежит повышенная тревожность.
Стремление соответствовать ожиданиям родителей влечет отрицание или непринятие какой-либо части себя, а это – вариант патологического, а отнюдь не «маскулинного» или «феминного» развития. О.В. Немиринский о здоровой личности пишет так: «… модель здоровой личности выглядит для нас как баланс возможностей. Здоровый человек бывает жестким и бывает мягким. Он может быть быстрым и медленным, интеллектуализирующим и эмоциональным, чувствительным, соблазняющим и целомудренным. Он способен быть и таким, и эдаким, в зависимости от ситуации и его выборов. Личность должна описываться не как комплекс черт, а как свобода движения человека в континуумах противоположных возможностей» [3]. Фиксация определенных черт характера, свойств личности, форм поведения, создает ригидность, которая делает человека неспособным к адекватному реагированию в различных ситуациях. Мальчик, которого учат быть сильным и не плакать, рискует соматизировать процессы собственных переживаний. Девочка, которой запрещают проявлять физическую активность (бегать, шуметь) потому что «это некрасиво» может начать направлять избыток энергии в аутоагрессию.
Семейная среда не является единственной средой, влияющей на процесс идентификации ребенка. Большое значение играет и социум. Процесс гендерной идентификации ребенка осложняется тем, что современный социум не располагает четким содержанием понятий маскулинности и феминности, к тому же, современная социальная среда поликультурна, что предполагает одновременное существование различных, зачастую, диаметрально противоположных взглядов и ценностей. Так, пассивность и ведомость, воспитываемая у девочек в традиционных (патриархальных) семьях, может диссонировать с требованиями среды дошкольного учреждения, где гендерные границы практически стерты. Маленькому ребенку трудно сориентироваться в требованиях родителей и социума, сложности возникают и тогда, когда его психофизиологические и личностные особенности являются препятствием к демонстрации требуемых качеств.
Большую роль в формировании различных эталонов и стандартов играет информационная среда. В отношении женщин зачастую самым важным критерием является внешность. Рекламные образы, создаваемые чаще всего с использованием коррекции изображений, формируют искаженное представление о телесных свойствах, задают недостижимый ориентир женственности для девочек, девушек и женщин. Прямым следствием этого влияния является озабоченность детско-подросткового контингента проблемами собственной внешности, диетами; все больше молодых девушек и женщин становятся клиентами клиник пластической хирургии. Образы мужского в кино и рекламе, также создают нереальный и практически недостижимый образ мужского мира. Безупречный внешний вид, атлетичность, атрибуты роскошной жизни, партнерша-фотомодель – необходимый «минимум» для того, чтобы соответствовать лозунгу «для настоящих мужчин». Этого же достаточно, чтобы сформировать комплекс неполноценности у любого реального мужчины. Другой тенденцией в формировании образа «настоящего мужчины» является фетишизация интеллектуальной сферы: можно не иметь выдающихся внешних данных, но быть гением в области математики или, например, создать «Фейсбук». Тема выдающихся способностей весьма распространена в кино и рекламной продукции, ориентированной на детскую аудиторию. Стремление к достижению подобных «идеалов» предполагает наличие постоянной несокращающейся дистанции между ожиданиями и реальностью, что, естественно, затрудняет процесс идентификации. Очевидно, что самостоятельное (без компетентного посредничества взрослых) взаимодействие ребенка с современной информационной средой может повлечь за собой сложности гендерной идентификации.
Л.А. Регуш (2010), анализируя факты по «нагруженности проблемами» подростков (возраст 12-16 лет), полученные с помощью проблемной анкеты Seiffge-Krenke, отмечает высокую проблемную нагруженность подростков в отношении родительского дома. При этом она считает, что большая проблемная нагруженность такой области жизни, как взаимоотношения с родителями у подростков обусловлена особенностями российских родителей, в первую очередь, в стиле принятия ими своих детей. В силу чего она считает, что «коррекция данной проблемы предполагает оказание помощи как подростку, так и родителям. Последние нуждаются, прежде всего, в смене своих установок, изменении своей позиции в отношении своих детей, в пересмотре системы оценивания их как личности» [4].
В качестве особенностей родительского влияния, негативно сказывающихся на процессе гендерной идентификации ребенка можно выделить:
- чрезмерную жесткость, стереотипность родительских гендерных установок, наличие определенного (гендерного) плана, реализуемого в отношении ребенка,
- неустойчивость, спутанность родительских гендерных установок, отсутствие стабильной воспитательной стратегии,
- низкий уровень психологической и педагогической компетентности родителей,
- невротизм, личностные, психологические трудности родителей, имеющие гендерное содержание.
Во внешней среде к таким факторам можно отнести отсутствие четких гендерных ориентиров в реальном мире, недостижимость пропагандируемых информационной средой стандартов.
Фиксация тревожных состояний, связанных с восприятием пола у детей, впоследствии чревато формированием устойчивого состояния, которое можно определить как гендерную тревожность: состояние беспокойства, дискомфорта, неудовлетворенности, связанного с восприятием собственной мужественности/женственности, сопровождающегося неудовлетворенностью внешностью, отсутствием гармонии в партнерских отношениях, озабоченностью несоответствием параметров собственного «Я» социально одобряемым параметрам «настоящего мужчины», «настоящей женщины». В связи с этим очевидна необходимость осуществления работы с семьями в рамках данной проблемы.

Svetlana Filippova
Tula State Lev Tolstoy Pedagogical University
Associate professor of the Department of Psychology and Pedagogy
Tula, Russia
The parental behavior as a reason of a child anxiety states, caused by the perception of its own gender
Abstract: In this article shows the view to the such kind of child anxiety states as states caused by the perception of its own gender. Relevance of a subject under discussion is caused by the intensification of gender problems of modern society. The article presents the parental behavior as a reason of emergence of some psychological problems of preschool children, caused by their perception of their own gender.
Keywords: anxiety disorder, gender identity, masculinity, feminity, parental family.

Литература
1. Васина Ю.М., Панферова Е.В. Особенности формирования инновационной культуры педагога дошкольного образовательного учреждения в образовательном пространстве // Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л.Н. Толстого. 2015. № 2 (14). С. 109-117.
2. Киммел М. Маскулинность как гомофобия: страх, стыд и молчание в конструировании гендерной идентичности // Гендерные исследования. – 2005, № 13.
3. Немиринский О.В. Гештальт-подход к работе с психосоматическими расстройствами // Журнал практического психолога. – 2013, №6. С. 134-151.
4. Регуш Л.А. Жизненные проблемы как индикатор влияния социума // Психическое развитие человека и социальные влияния. Коллективная монография. – СПб., 2010. – 292с.
5. Тельнюк И.В. Индивидуально-дифференцированный подход к организации самостоятельной деятельности девочек и мальчиков 5-6 лет в условиях детского сада. Автореф. дисс. канд. пед. наук. – Санкт-Петербург, 1999.
6. Филиппова С.А., Екимова В.И. Гендерные различия: социокультурный аспект // Сибирский психологический журнал// Томск: Изд-во «ТМЛ-Пресс», 2008. – №27. – 122. – С. 64-66.
Опубликовано: Социокультурные и психологические проблемы современной семьи: Актуальные вопросы сопровождения и поддержки: Материалы междунар. науч.-практ. конф. (Тула, 21-22 октября 2015 г.) / Отв. Ред. Н.А. Степанова. – Тула: Тульский полиграфист, 2015. – 496 с. – стр. 106-113.

Аватара пользователя
ХХХ
Форумчанин
Сообщения: 48
Зарегистрирован: 20 авг 2011 17:40 pm
Репутация: -3

#7 Сообщение ХХХ » 24 янв 2016 14:13 pm

Зачем Вы пишете Такие ПОСТЫ?! Вы реально думаете, что этот Маразм,кто то читает? Краткость Сестра Таланта! Тема в КОРЗИНУ! :lol:
Последний раз редактировалось ХХХ 24 янв 2016 14:16 pm, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
ХХХ
Форумчанин
Сообщения: 48
Зарегистрирован: 20 авг 2011 17:40 pm
Репутация: -3

#8 Сообщение ХХХ » 24 янв 2016 14:14 pm

Скинь ссылку по теме!

Аватара пользователя
ХХХ
Форумчанин
Сообщения: 48
Зарегистрирован: 20 авг 2011 17:40 pm
Репутация: -3

#9 Сообщение ХХХ » 24 янв 2016 14:14 pm

:evil: :evil: :evil: :evil: :evil: :mrgreen: :mrgreen: :mrgreen: :mrgreen:

Аватара пользователя
Агафангел
Аксакал
Сообщения: 5392
Зарегистрирован: 02 май 2009 02:10 am
Репутация: 326

#10 Сообщение Агафангел » 26 янв 2016 19:23 pm

Алексей_СН писал(а):всякие фрики, педики и тому подобное, это даже не люди вовсе.
не трожь педиков, они милые. :D
Пейте унучки ханку!

Ответить