Роман с кино

В 1971 году Щёкино посетил легендарный кинооператор Роман Кармен. Кармен считал, что биография оператора кинохроники неотделима от времени, от событий, свидетелем и участником которых ему довелось стать, и когда его спрашивали, что из пройденного важнее, он, не задумываясь, отвечал: «Люди… Люди, живущие не во имя личной славы и благополучия.

Кармен считал, что биография оператора кинохроники неотделима от времени, от событий, свидетелем и участником которых ему довелось стать, и когда его спрашивали, что из пройденного важнее, он, не задумываясь, отвечал: «Люди… Люди, живущие не во имя личной славы и благополучия. Люди, выбирающие трудные и опасные дороги… Не будь этих людей, моя жизнь была бы много беднее».

О таких людях, о событиях своей жизни Роман Кармен в 1969 году написал книгу «О времени и о себе». Один из экземпляров он подарил щёкинцу – ветерану войны, бывшему разведчику И. Д. Родионову в июне 1971 года, когда приезжал в Щёкино. На первой странице есть запись, сделанная чётким красивым почерком кинооператора: «Ивану Дмитриевичу Родионову, на добрую память о нашей встрече, с глубокой благодарностью за внимание от автора. Р. Кармен». Сейчас эта книга находится в личной библиотеке историка-краеведа, писателя Е. И. Трещёва.

Не случайно Кармен решил сделать такой подарок именно ветерану Великой Отечественной: сам он прошёл не одну, а целых три войны. Гражданская война 1936 года в Испании, боевые действия в Китае, Великая Отечественная война… Его «оружием» была неизменная кинокамера «Аймо». Но и в мирное время он был в центре важнейших событий: стройках века, освоения новых промышленных технологий.

Родился Роман в 1906 году в рабочем районе Одессы. Отец его был известным журналистом и писателем, погиб в белогвардейском застенке. Он и подарил Роману первый фотоаппарат – «Кодак», который, к сожалению, не сохранился. Зато сохранился самый первый снимок – сын сфотографировал отца.

После переезда семьи в Москву Роман поступил на рабфак, сотрудничал в рабфаковской стенгазете. Мама работала тогда в журнале «Огонек» и привела сына к главному редактору Михаилу Кольцову. Снимки были, конечно, любительские, но Кольцов доброжелательно сказал: «Ну что ж, ты уже умеешь снимать» – и вручил юному Роману корреспондентский билет. А вскоре на страницах «Огонька» появился и снимок, подписанный: «Р. Кармен». Это было в сентябре 1923 года.

Парень оказался талантливым. На выставке «10 лет советской фотографии» Роман Кармен удостоился почетных грамот. Он был самым молодым из награжденных.

Но заветной мечтой Романа был не фоторепортаж, а кинорепортаж. И осенью 1929 года Кармен поступил в Государственный техникум кинематографии на операторский факультет. По окончании его пригласили на Центральную студию документальных фильмов, где началась его насыщенная творческая жизнь. В пургу и стужу Кармен был рядом со строителями Магнитки, в знойных пустынях снимал Турксиб, первые тракторы на колхозных полях, участвовал в первых арктических экспедициях. Роман был вездесущ со своей кинокамерой. Именно с нею он отправился и на фронтовые дороги.

Кинохроники смерти и жизни

В Испании уже шли бои. В «Правде» появлялись блестящие корреспонденции оттуда Михаила Кольцова. Роман всю ночь писал письмо с просьбой послать его в Испанию. Утром отнес прошение в бюро пропусков Кремля: «Товарищу Сталину. Лично». Через две недели его вызвали к начальнику Главного управления кинематографии Борису Шумяцкому, который сказал волшебные слова: «Летите в Испанию!» Отъезд был обставлен секретно, ведь визы в Испанию, охваченную гражданской войной, быть не могло. Кармен пробирался через Париж.

Первым объектом был город Ирун. В документальной хронике об Испании Кармен показал советским зрителям леденящие кровь кадры: и женщину, всю в черном с охотничьим ружьем, и старого крестьянина с двустволкой. Интернационалисты отбивались от артиллерии и авиации устаревшими винтовками. Сам Кармен был вооружен только старенькой кинокамерой.

Всего за сутки Роман снял сенсационный материал. Уже на следующий день ему пришлось перебираться обратно в Париж, чтобы через два дня на экраны Москвы вышел «Выпуск №1. К событиям в Испании». У кинотеатров, где он демонстрировался, собирались огромные очереди.

Боевые действия шли вдалеке от Советского Союза, но их жертвами становились советские граждане. Многие из тех, кто был каким-то образом связан с Испанией, были уничтожены. Кармена спасло то, что лично к нему Сталин относился «положительно», к тому же его дети Василий и Светлана были дружны с семьёй Кармена. Но когда был репрессирован великий Михаил Кольцов, даже Роман почувствовал опасность. Он улетел в Арктику на поиски пропавшего летчика Леваневского, там, на Земле Франца-Иосифа, попал в многомесячную зимовку. Вернувшись через год в Москву, он снова улетел – на этот раз в Китай, где началось вторжение японских войск. В Китае Кармен снял много тысяч метров боевой кинопленки. Но срочно был отозван в Москву: надо участвовать в экспедиции, отправленной на выручку дрейфующего во льдах парохода «Г. Седов».

На Берлин с кинокамерой

С самых первых дней войны с Германией Кармен находился в центре боевых действий, руководил фронтовыми киногруппами Центрального, Западного и 2-го Украинского фронтов. Из записок Романа Лазаревича Кармена: «Работали мы камерой «Айно» – теперь музейная редкость. Тридцатиметровая кассета – всего минута экранного времени. А чего стоило перезарядить камеру в бою, оберегать ее при этом от пыли, от песка. И чтобы ни один осколок не попал в тебя или, не дай бог, в твою кинокамеру». Кармен прошёл почти все фронты Великой Отечественной Он снимал под Москвой, в блокадном Ленинграде, в Сталинграде, на Висле и Шпрее. Он первым снял концлагерь Майданек, первым из кинооператоров ворвался на броне нашего танка в Берлин. Он снимал из-за спины маршала Жукова подписание Акта о безоговорочной капитуляции Германии и весь Нюрнбергский процесс.

8 декабря 1941 года началось контрнаступление Красной Армии. Роман Кармен был в самых горячих точках, участвовал в создании восхитившего весь мир фильма «Разгром немецких войск под Москвой». В блокадный Ленинград Кармен пробирался из Москвы на грузовике: в транспортном самолете было место только для него, а ему надо было привезти друзьям-операторам продукты. В осажденном Ленинграде операторы получали, наравне с населением, скудный паек – 125 граммов хлеба в день. Эту цифру цензура из репортажа Кармена выбросила: убогий размер блокадной нормы был военной тайной. Кинооператоры еле держались на ногах и при этом таскали за собой на санках кинокамеру, но снимали каждый день.

9 мая 1945 года фронтовой кинооператор Роман Кармен снимал в Берлине подписание Акта о полной и безоговорочной капитуляции. Кармен так волновался, что случайно стукнул ручкой штатива американского адмирала по голове. Союзник вежливо улыбнулся.

Потом были Индия, Индонезия, Куба и Вьетнам, прекрасные фильмы, которые Роман Кармен там снимал. С 1960 года он вел мастерскую во ВГИКе, с 1965 года был секретарём правления Союза кинематографистов СССР. Его помнят и ценят во всём мире, его «Неизвестная война» идет на наших телеэкранах, в Европе снимаются фильмы, посвящённые его творчеству. Для него не было чужого горя, всю жизнь Роман Лазаревич Кармен восхищался храбрыми, сильными, в чём- то отчаянными людьми, одним из которых был житель Щёкино И. Д. Родионов.

Автор – Светлана Сафронова.

1 Star2 Stars (Нет рейтинга)
Loading ... Loading ...
1 502 просмотров